Несмотря на то, что в контексте недавней премьеры «Одиссеи» мы чаще всего вспоминаем об одноименной поэме, рассматривать ее в отрыве от «Илиады» невозможно — вместе они образуют диптих, где «Илиада» как первая часть отвечает на вопрос «почему герой покидает дом», исследует, что делает война с человеком и определяет цену славы. Вторая же — «Одиссея» — рассказывает, почему он так хочет вернуться. Это почти зеркальная композиция, где многое противопоставляется друг другу. В «Илиаде» Одиссей — один из многих героев, хитроумный воин. А в «Одиссее» он становится главным, его подвиги перестают быть сугубо военными. На примере одного и того же персонажа Гомер показывает нам сразу два архетипа — героя, который ищет славы, и героя, который ищет дом. Так что советуем читать «Илиаду» и «Одиссею» вместе, чтобы получить полноценное впечатление не только о самих приключениях, но и о том, как герой меняется за время между уходом и возвращением.
«Одиссея» и еще 13 историй о том, каким может быть возвращение домой
«Илиада» и «Одиссея»
«Легенды и мифы Древней Греции»
Если вы все еще не ознакомились с известной работой Николая Куна, то советуем сделать это, чтобы глубже погрузиться в контекст «Одиссеи», ведь мотив героических приключений здесь встречается повсеместно. А если с этим трудом вы уже давно ознакомлены, то обратите внимание на «Легенды и сказки Древней Греции» филолога и переводчика Фаддея Зелинского, которая не рассказывает историю «Одиссеи» заново, а служит ключом для понимания мира, из которого выросла «Одиссея»: мира, где путешествие связано не со случайным приключением, а с восстановлением порядка. Кроме того, эта книга позволит вам увидеть, что мотив возвращения домой был не только в «Одиссее».
«Энеида» и «Божественная комедия»
Поскольку «Энеида» была отчасти вдохновлена эпическими поэмами Гомера, многие темы кажутся схожими. Вот только Вергилий берет принципиально другого героя и помещает его в обстоятельства, когда возвращаться больше некуда — дом Энея уничтожен, и он вынужден создавать его заново. А вот Данте заходит дальше, он намекает, что в земном мире дом у человека есть только тогда, когда есть к кому возвращаться. И именно к этой фигуре — родной, любимой — так стремится герой «Божественной комедии». Физическое место, показывает Алигьери, не стоит ничего, если там нет людей, которые являются твоей семьей. Интересное совпадение, что в «Одиссее», «Энеиде» и «Божественной комедии» у главных героев есть собственные проводники. А еще Данте встречает Одиссея на восьмом круге Ада — бывшего героя наказали за его хитрость, а также пренебрежение обязанностями отца и мужа.
«Мертвые души» и «Улисс»
«Мертвые души» — идеальное русское переложение «Одиссеи». Ведь у Гоголя главный герой тоже встречает чудовищ, просто они куда больше похожи на людей, чем циклопы Гомера. К тому же повествование развивается небольшими эпизодами, каждый из которых либо препятствие, либо встреча, а иногда — и то, и другое. А вот «Улисс» доказывает, что сюжет «Одиссеи» продолжает работать в XX веке, несмотря на полное исчезновение греческих героев и пугающих чудовищ. Джойс демонстрирует, что героическое путешествие никуда не исчезало, оно просто стало немного другим. И он же делает акцент на различиях между миром древнегреческого эпоса, где существует четкая цель, и современном мире, где смысл необходимо искать и создавать самому. Героизм в понимании Джеймса Джойса — способность прожить самый обычный день в современном мире, не потеряв себя и свое достоинство. И своим талантом он убеждает нас, что подчас это так же сложно, как одолеть циклопа.
«Евгений Онегин» и «Война и мир»
Если внимательно присмотреться к Евгению Онегину, то можно понять, что практически все события в мире главного героя связаны с возвращениями — он оседает в деревне после столичной жизни, спустя годы ему хочется снова быть с Татьяной. Может показаться, что в романе Александра Пушкина нет ни моря, ни приключений, но здесь они и не нужны. Писатель показывает нам, что порой можно прийти слишком рано или слишком поздно. Правда, Пушкин все же в большей степени опирался на «Энеиду», ведь в то время именно она была куда популярнее и понятнее «Одиссеи». Лев Толстой идет еще дальше, отказываясь от идеи одного героя. У него сразу несколько персонажей в течение «Войны и мира» проходят через свои испытания и только после этого возвращаются к семьям. При этом заканчивается роман вовсе не какой-то героической победой, а обычной жизнью, когда после великой истории человек оказывается дома. И если у Пушкина вернуться невозможно, поскольку прошлое не ждет главного героя, а жизнь идет вперед, то у Толстого мы наблюдаем именно за ним, но это возвращение происходит в результате внутреннего преображения героев.
«В поисках утраченного времени» и «2001: Космическая одиссея»
В этой паре каждый из авторов задает один и тот же вопрос: что происходит с человеком после путешествия, меняющего саму его природу. Герой Пруста по ходу романа осознает, что вернуться в прошлое невозможно, но оно осталось жить в памяти, и эти воспоминания способны на мгновение восстановить утраченное. Это исключительно внутреннее путешествие. В романе «2001: Космическая одиссея» все складывается наоборот — Артур Кларк отправляет своего героя в космос, перенося гомеровский сюжет в космический масштаб. И это нужно ему для того, чтобы показать, что после настоящего путешествия остаться прежним попросту невозможно. Обе эти книги показывают, как в XX веке «Одиссея» вышла за географические рамки, становясь еще более универсальной историей.
«Дар» и «Погребенный великан»
Если Пруст говорит нам о том, что дом, в который многие из нас хотят вернуться, существует только в памяти, то Набоков дает этой памяти собственный носитель. В «Даре» им становится язык. Конечно, и до Владимира Набокова многие авторы рассматривали язык как один из путей на родину, но именно у него он встал во главу романа. А вот в «Погребенном великане» Кадзуо Исигуро задает нам вопрос, который напрашивался после Пруста — можно ли вернуться домой, если ты ничего не помнишь о доме. Возможно, именно поэтому его роман напоминает классическое странствие — есть конкретный путь, есть испытания, внешние признаки античного путешествия. Вот только в течение повествования становится ясно, что герои Исигуро не помнят ни самих себя, ни людей вокруг. А главным их испытанием становится выбор между блаженным забвением или возвращением памяти, которая может разрушить их хрупкий мир.
«В стране водяных»
Прямых параллелей между «В стране водяных» Рюноскэ Акутагавы и «Одиссеей» Гомера можно не увидеть изначально, но все же они есть. Как минимум, потому что главный герой повести японского писателя слегка сбивается по пути и оказывается в хаосе страны капп — существ, чьи ценности и законы полностью переворачивают представление о семье, морали, политике. Одна из самых значимых идей японского писателя — путешествие может изменить тебя настолько, что ты попросту не захочешь возвращаться домой.