Grazia открывает #Новыелица: Дарья Кошкина о работе с Миуччей Прадой и главных трендах в сфере моделинга

Я никогда не думала, что я стану моделью. Люди со стороны говорили мне, что у меня могло бы получиться, но я никогда не воспринимала это всерьез.

Когда мне исполнилось 18 лет, я увидела пост про кастинг на шоу «Холостяк». Я с детства смотрела это реалити и решила обсудить с мамой, не стоит ли мне по приколу отправить туда заявку. И она сказала: «А зачем тебе туда, если есть кастинг на проект "Топ-модель на ТНТ"»? Мы отправили команде шоу мои фото, и меня пригласили на очный кастинг. На проект пыталось попасть много действующих на тот момент моделей. И все считали, что я тоже работаю, спрашивали, в каком я агентстве. В итоге на шоу я не попала, но задумалась о том, что, может быть, мне действительно стоит попробовать строить модельную карьеру. Начала рассылать анкеты в модельные агентства. Я долго не получала ответы и почти забыла о том, что сделала. И тут мне написала мой нынешний агент Лилия. 

Я знала, что на тот момент она работала в Avant, это крупное агентство, которое у всех на слуху. Лилия попросила у меня пару кадров, снэпы. Я сделала фотографии, и мы сошлись на том, что я пока занимаюсь учебой, прихожу в модельные параметры и мы потихонечку будем подписывать договор, пока просто держим связь. Через полгода, в сентябре 2021-го, я сделала пару тестовых съемок и полетела на эксклюзив Prada. Я начинала работать с Avant, а затем ушла за Лилией в Pret Models.

Сейчас я подписана с Pret Models. Основательница агентства — это как раз Лилия, которая нашла меня в 2021 году, 5 лет назад. Мы начинали вместе с Avant и работали там тоже вместе. А в конце 2025 года я решила подписаться снова с Лилией.

Я подписалась с агентством в сентябре 2021 года. Мне сделали пару съемок для того, чтобы создать бук (модельное портфолио, — прим. ред.). И уже через две недели я сделала свое первое шоу Prada. После этого я сразу подписалась с европейскими и американским агентствами (в Париже был Ford, в Лондоне — Elite, а в Нью-Йорке — The Lions). Зимой и осенью 2022-го у меня были достаточно успешные сезоны. Осенью я первый раз полетела работать в Нью-Йорк. В том же году я сделала удачный месяц моды: слетала во все четыре столицы. После этого я решила, что стоит на какое-то время остаться в Нью-Йорке: для хорошего старта в Америке нужно там базироваться долгое время, чтобы клиенты о тебе узнали.

В 2024-м я по своей инициативе решила поехать в Азию. И заработалась: полгода вообще не отдыхала. Вернулась, и оказалось, что у меня были проблемы с здоровьем. И я на полгода уходила, занималась только восстановлением. Сейчас я подписалась с новым агентством в Европе, теперь у меня Monster Managment. А вообще начинаю все сначала.

Материнское агентство — это, наверное, самое главное, что есть у модели. Оно как раз таки занимается всеми визовыми вопросами, что очень важно, потому что модель сама не справится с этим. А еще — составляет портфолио, организовывает тестовые и творческие съемки, чтобы раскрыть модель с разных сторон.

Во время Недель моды материнское агентство помогает найти принимающее агентство за границей: связывается со всеми, делает снэпы модели, рассылает их. Если принимающее агентство подписало модель и привозит ее, например, в Париж, то там уже начинается его зона ответственности, и материнское остается на связи, спрашивает у модели, как дела. 

Сейчас это работает так: принимающее агентство делает снэпы модели и рассылает их кастинг-директорам. Кастинг-директор организовывает встречу с моделями и выбирает, на какие бренды, с которыми он работает, эта модель может подойти. И уже из этого складывается ее расписание. То есть, например, сегодня у меня, допустим, кастинг на Prada, Versace и JW Anderson. И это значит, что кастинг-директор отобрал меня конкретно сюда, и он хочет видеть меня именно здесь. 

Если первый этап кастинга проходит успешно, то за ним следует второй, где уже сидит не только кастинг-директор с командой, а, например, дизайнер, стилист, визажист. После успешного завершения этого этапа модель ждет примерка. И тут уже начинается настоящая нервотрепка — бывает такое, что тебя могут подтвердить и отменить или слить в последний момент. Никто не знает, что будет, до того момента, пока ты не выйдешь на подиум.

А вот кастинги на съемки часто проходят без очного взаимодействия. Обычно берут просто по снэпам, которые агентство присылает.

Я заметила, что стало очень много акцента на уникальность конкретной модели. Сегодня важно показывать индивидуальность, а не делать 50 луков с моделями одного типажа, как, например, было со slavic dolls в 2000-х.

Еще стало очень много взрослых моделей. Если раньше средний возраст составлял 15-17 лет, то сейчас, мне кажется, 20-25. Есть даже модели, которые начинают работать в 30-40. Я тоже знаю такую девушку, она делает Miu Miu, а ей 40 лет. Это классно. 

А еще сменился костяк самых знаменитых лиц. Раньше на подиуме часто появлялись модели-селебрити (например, Джиджи Хадид, Кендалл Дженнер). Сейчас они выходят гораздо реже. Агентствам стало очень важно искать новые лица и создавать  звезду из новой девчонки, которая приходит, потому что им жизненно необходимо иметь яркую личность. Когда есть такой запрос в фэшн-индустрии, то ты сама по себе станешь популярной и известной. Отличный пример — Бхавита Мандава, о которой недавно заговорили все.

Я бы не сказала, что что-то менялось. Все равно ты приходишь на кастинг, и все модели там очень-очень тонкие. Кастинг-директора выбирают девушек нулевого размера, просто потому что размер сэмплов не меняется с годами. Да, возможно, на коммерческих работах стало больше моделей с более женственной фигурой, но подиум всегда один и тот же. Если у тебя бедра 92 сантиметра, это критично, потому что ты просто не влезешь в одежду. И тут надо просто понимать, подходит ли тебе эта работа.

Это было как раз шоу Prada. Я не помню самого момента, когда я шла по подиуму. Он как-то вытеснился из моей памяти. Помню репетицию, помню, что я впервые надела каблуки, а подиум оказался достаточно сложный. Было непросто, было страшно в моменте. Не скажу, что сильно, но при этом все равно ты первый раз сталкиваешься с тем, что ты ни разу в своей жизни не делал. Знаю, что есть девчонки, которые тоже переживают перед показом, они валерьянку пьют, чтобы успокоиться. Мне, конечно, не было настолько страшно, но, безусловно, дрожь присутствовала. Потом я посмотрела видео показа и поняла, что в целом все прошло хорошо.

Это был показ Bottega Veneta. Мне достался достаточно простой лук с туфлями с открытой пяткой. И на примерке все было нормально. Но на сам показ я приехала с другого шоу, вспотевшая, и обувь постоянно слетала. Мне положили в туфли силиконовые подкладки, и они тоже оказались все мокрые. А мы еще стояли часа полтора, шоу очень сильно задержалось. В итоге я шла, вцепившись ногами в эти туфли, и мне было очень страшно. Но главное, что они с меня не слетели. 

Кстати, на показе Fendi передо мной у модели соскользнула с ноги обувь. Причем перед шоу она очень много раз говорила, что туфли слетают. Никто ничего не сделал, потому что времени уже не было. Но на подиуме нужно держать дистанцию и в любом случае сохранять темп. Поэтому, когда одна туфля соскочила, девочка сняла вторую и пошла дальше. После этого я смотрела ролик в TikTok — оказалось, что это все произошло прямо перед Анной Винтур.

По своему опыту могу сказать, что Миучча нечасто появляется на кастингах, примерках. Она присутствует на бэкстейдже перед показом, поправляет сама одежду (а если надо и волосы) моделям, разговаривает с ними. В Prada, я так понимаю,  она очень доверяет Рафу Симонсу, и в основном всем занимается он и стилист Оливер. А в Miu Miu — Лотта Волкова. Но как раз-таки в день самого показа Миучча как профессионал включена на все 100%. Но она достаточно милая женщина, бывает, может пошутить, очень открыта к моделям. Она меня вспомнила на показе Miu Miu, сказала: «Ой, Дарья, а мы тебя искали». 

Это был Джонатан Андерсон и его команда для Loewe и JW Anderson. Когда ты несколько раз приезжаешь к ним, ты ощущаешь себя, как с семьей,  тебе комфортно, тебя запоминают. Эти британцы, в целом, очень открытые люди. Джонатан Андерсон мне нравится как дизайнер, я до сих пор смотрю все его показы. В Нью-Йорке это Proenza Schouler. Когда я работала, им еще руководили Джек Маккалоу и Лазаро Эрнандес. Они с тобой общаются на равных. Подходят, спрашивают, как у тебя дела, постоянно шутят.

Я помню, что у меня была примерка для Fendi. Мы стояли с девочками, ждали, чтобы Ким Джонс вышел. И тут он выносит огромный водяной пистолет и начинает во всех стрелять сверху. От кого, от кого, но от него я такого не ожидала, потому что он достаточно суровый человек. Это было забавно. 

Я не скажу, что съемки чем-то кардинально отличаются от работы в Европе. Это очень похожий процесс. Естественно, с одной стороны, комфортно работать в России, потому что ты разговариваешь на своем языке. Но, наверное, все-таки мне комфортнее работать в Европе и за границей, в Америке, потому что там я начала карьеру. 

Если же брать в целом, то московский рынок, мне кажется, больше похож на американский: достаточно востребованы коммерческие девчонки. Да, хай-фэшн модели работают с Lime, 12 Storeez. Но в целом я смотрю съемки брендов, и всегда вижу плюс-минус одни и те же лица, либо одни и те же типажи. Это больше такая женственная девушка, в среднем 44 размера.

На самом деле, у меня в России был только один показ — шоу Яны Расковаловой в декабре. Так что не знаю, могу ли я судить. Дизайнер сама по себе достаточно открытая женщина. Нет такого, что ты приходишь и чувствуешь себя не в своей тарелке. И организация показа тоже была хорошая. В Европе бывают куда более неорганизованные шоу. Все оказалось очень структурировано, и я даже спокойно себя чувствовала.

Так как я сейчас сменила агентство, то меня ждет своего рода начало пути с нуля. Безусловно, у меня есть хороший бэкграунд. Очень надеюсь, что поеду на ближайшие Недели моды. У меня нет суперзавышенных ожиданий. Все приходит не сразу. Хочется просто вернуться в эту атмосферу.