Летом в The Guardian вышел большой материал с мрачноватым заголовком «Почему все кажется таким безрадостным?». В нем авторы остроумно подмечают, что, несмотря на возможность нажать кнопку и получить все, что заблагорассудится, мы не становимся счастливее. Но когда грусть, тоска или меланхолия не служили топливом для искусства? Когда мир в упадке (а уже понятно, что с 2020 года действительность повернулась к человечеству самой неприглядной стороной) не толкал художников создавать? Парадокс в том, что именно сегодня, когда инструменты для творчества доступны как никогда, мы все чаще подменяем собственные переживания и творческий поиск готовыми решениями. Не зря в этой связи в тексте издания упоминаются декаденты, и сравнение это отнюдь не в пользу XXI века.
Чувство прекрасного в эпоху ИИ: почему эстетический вкус становится ключевым навыком
Во второй половине XIX века на фоне кризиса прежних ценностей сформировалось и расцвело декадентство (от фр. «décadance"— упадок, прим. ред.) несмотря на резкую критику, с которой оно столкнулось поначалу. Искусство не только стало убежищем от реальности, но и раздвинуло границы дозволенного, а еще провозгласило примат красоты над пользой, эстетизма над утилитарностью. Уж если мир катился в бездну, то это было хотя бы со вкусом.
Прошлое vs Настоящее
У сегодняшнего витка культуры есть две глобальные проблемы. Во-первых, оно преимущественно создает симулякры, то есть бессмысленные копии. А во-вторых, даже унаследовав основные категории fin de siècle (с фр. “конец века” — прим. ред.) — стремление к роскоши, излишеству, демонстративной телесности, — мы усвоили их поверхностно. Потому что в основе всего этого сегодня лежит не чувственное переживание, индивидуальный опыт или мыслительный процесс, а лишь безликая оптимизация. Нам кажется, что мы всего лишь делегировали рутину искусственному интеллекту, упростили жизнь для большего результата, но на деле — убрали из уравнения важнейшее слагаемое.
Происхождение термина
Один из самых авторитетных англоязычных словарей, Merriam-Webster, словом 2025 года объявил slop (досл. с англ. «бурда» — прим. ред.). В русский язык оно перешло калькой — сегодня мы говорим «слоп» и прекрасно понимаем, что речь идет о некачественном и бессмысленном контенте, преимущественно сгенерированном нейросетями (поэтому иногда встречаются синонимы «нейрослоп» или AI slop). Понятие же tasteslop впервые ввела в употребление художница, писательница и креативный консультант Эмили Сигал. Удачный термин подхватили другие медиа и блогеры. Так, дискуссия о том, что происходит со вкусом в эпоху ИИ, не прекращается уже больше полугода.
Что такое вкус
Над этим вопросом не одну сотню лет спорят и профессионалы — философы, искусствоведы, культурологи, и обыватели. Например, известный французский социолог Пьер Бурдье полагал, что «вкус» отнюдь не врожденное качество и даже не проявление индивидуальности, а инструмент классовой борьбы и социальный маркер. Все то, что мы любим, по мнению исследователя, зависит от того, каково наше происхождение, образование и экономическое положение.
Выбирая ту или иную вещь, мы демонстрируем, к какому слою общества принадлежим (или хотели бы принадлежать). То есть вкус — это, прежде всего, возможность выбирать. Зарубежные блогеры в своих ведиоэссе упрощают философию до понятной формулы: вкус = субъективная правда + объективный опыт.
Так в чем же разница
В тексте уже упомянутой Эмили Сигал выделяет три проявления tasteslop:
- контент, сконструированный из вещей и эстетических кодов, которые считаются общепризнанными маркерами хорошего вкуса, а зачастую и высокого статуса;
эстетически выверенные вещи и культурные коды, которые используются для оформления шаблонных продуктов, мероприятий и проектов, лишенных самостоятельной культурной ценности;
- постоянно возобновляющиеся дискуссии, преимущетсвенно в IT-среде, о том, что такое “вкус” (и можно ли сформировать его у ИИ-моделей).
На простом примере автор демонстрирует, что сгенерировать сегодня любой контент, просто подбросив ИИ пару референсов от известных брендов, — минутное дело. Нейросеть быстро воспроизведет нужный стиль, но неужели в этом и состоит креативная работа? Кажется, ответ ни у кого не вызывает сомнений.
Поэтому так важно, чтобы за реальным творчеством (не "слопом") стоял человек со своим индивидуальным чувством прекрасного. Поэтому же обилие cor'ов из Pinterest, луки для фотографий в социальных сетях или похожие на люкс вещи в масс-маркете не добавляют ни стиля, ни статуса. Потому что не только вещи определяют человека, но и он — вещи.
Что делать
Основой для формирования собственного вкуса, по мнению и Сигал, и других людей, рассуждающих на тему tasteslop'а, являются:
- критическое мышление, то есть умение судить о вещах и понятиях, опираясь на собственные знания и аргументы, а не полагаться только на ответы алгоритмов;
- проницательность, то есть способность вписывать вещи и понятия не только в существующий контекст, но и устанавливать связи с прошлым, замечать неочевидные рифмы и переклички;
- идиосинкразия, то есть умения вписать вещь в свой личный контекст, «присвоить», даже если она не является какой-то уникальной;
- социальность и относительность, то есть существование собственного стиля возможно только в том случае, если он валидируется кем-то со стороны, а не находится в вакууме.
Нельзя отрицать очевидного — искусственный интеллект сделал нашу жизнь проще, удобнее и быстрее. Однако он же продолжает покушаться (хотя пока и безуспешно) на человеческие, даже слишком человеческие вещи. Подстраивающиеся под конкретного пользователя алгоритмы, обилие выбора любых товаров и услуг — все еще бездушные машинные процессы, за которыми скрываются математически просчитанные решения. Но человек все-таки чуть больше, чем причинно-следственные связи, которые для него устаналивает компьютер. Недаром даже создатели новых технологий все чаще пишут, что скоро ключевым навыком будет именно наличие эстетического вкуса.