Grazia открывает #новыелица: певица Rozalia об альбоме про всех-всех бывших, армянской идентичности в треках и новых смыслах

Супер коротко: родилась, выросла, доросла до осознанного возраста, поняла, что люблю петь и танцевать. Мои родители это тоже поняли и отправили меня в музыкальную школу. Я училась играть на виолончели и фортепиано, окончила музыкальную школу, а потом музыка просто всегда была рядом.

Периодически я немного от нее отдалялась, занималась чем-то другим, но фундаментально она всегда оставалась частью моей жизни. Первые песни я начала писать в 13–14 лет. Правда, долгое время считала, что у меня нет таланта. Мне казалось, что я пою просто нормально и мне нужно еще очень-очень много заниматься. И только в 20 лет, когда я ради шутки написала трек «Собака писала», поняла, что вообще-то умею писать песни.

Вообще не было тревожно, мне было мега кайфово. Я знала, что я гениальна. Как говорил армянский режиссер Сергей Параджанов, — «Я гений, просто людям нужно время, чтобы это понять». Вот у меня было такое же состояние. Я считала, что это очень крутая песня. Понятно, что это была шутка. Я просто использовала две вещи, которые на тот момент были виральными: мемные звуки и очень красивый вокал в духе Билли Айлиш. Я это просто соединила и родилась песня. Я была в ней уверена на 100%.

В принципе, после песни «Собака писала» у меня уже не было ни одной несерьезной работы. Это был хороший буст — инструмент, который я использовала, чтобы сделать первый, самый большой и самый сложный шаг в самом начале пути. У меня были смешные TikTok, и в сочетании с забавным треком это сработало — появилась какая-то медийность. Но я никогда не собиралась быть комедийным исполнителем. В моей голове всегда было много глубоких мыслей и внутри — много самых разных чувств. Поэтому песни я всегда писала именно об этом, о своем внутреннем состоянии.

На самом деле, после песни «Алладин», которая попала в чарты, у меня не было уверенности вообще ни в одной следующей песне. Я просто писала, как чувствовала. С первым альбомом Black Princes — само название, кстати, очень странное — тоже не было никаких ожиданий. Я сделала его всего за месяц, и это было скорее для самой себя. Я не ставила ни на один трек и даже где-то подсознательно понимала, что ничего из этого не станет популярным. Но в итоге, например, песня «Пятно» оказалась очень успешной.

Если говорить о моем личном выборе, то любимый трек — «Забыла, кто я» из альбома «Я не злюсь». Мне приятно его слушать, и я считаю, что с точки зрения аранжировки и авторства это моя лучшая работа. Но если смотреть с точки зрения слушателей и успешности, то, наверное, лучшей можно назвать самую популярную песню. Это трек «Завяжи мне глаза».

Чаще всего я представляю девушек в возрасте от 20 до 28 лет. Но вообще у меня очень широкий диапазон слушателей — есть и аудитория постарше. Я представляю умную, зрелую девушку со своими любимыми занятиями, независимую, очень опрятную, но при этом со своей аутентичностью. Наверное, в каком-то смысле представляю саму себя. Мне кажется, мои слушатели в любом случае чем-то на меня похожи. Мы с ними как сестрички. Хотя братья у меня тоже есть!

Вообще, мне кажется, у меня пока не так много песен, чтобы я могла на сто процентов себя проанализировать. Все еще впереди. Пока что я в основном писала о своих внутренних переживаниях, связанных с романтическими чувствами. Это может быть веселая песня, где я говорю о страсти, а может — что-то очень печальное. 

По-настоящему светлой и счастливой песни про любовь у меня пока не было. Наверное, потому что и такого опыта не было. Мой последний альбом — это вообще про всех-всех ваших бывших. Такой важный для меня альбом.

В юности у меня был внутренний конфликт, потому что, когда растешь среди другого менталитета и другой культуры, не всегда понимаешь, кто ты сам. Часто возникают и внутренние, и внешние противоречия: между культурой твоей семьи и обществом, в котором ты живешь. Мне долго было непонятно, чего во мне больше — русского или армянского. 

И только когда я повзрослела, поняла, что одно без другого просто не существует. Во мне есть и то, и другое и именно это меня определяет. У меня российское образование, я говорю и думаю на русском языке, но при этом внутри меня очень много армянского. И это нормально. Это часть меня, которая, кажется, заложена на каком-то глубинном, почти генетическом уровне. Я чувствую, что без нее я — не я.

Это видно даже внешне, меня сложно перепутать с девушкой другой национальности. И в творчестве это тоже имеет большое значение. Армяне — большой народ с очень непростой историей. Поэтому для меня важно открыто говорить о том, что я армянка, поддерживать свою культуру и нести это наследие через музыку.

К тому же мой голос совершенно по-другому раскрывается на армянском языке. Думаю, в этом тоже есть что-то очень природное. Возможно, это связано и с внешностью, и с тем, как все это сочетается, но, когда я пою на армянском, испытываю гораздо больше разных чувств. Мне кажется, в такие моменты я звучу честнее. При этом русская культура для меня тоже абсолютно родная — я выросла в ней и с детства была в нее интегрирована.

Это случайно  родилось. Я ехала в студию к Айшоту, который работал на тот момент с лейблом Rava Music. Это было наше первое взаимодействие. И мы сидели, перебирали, какую мне лучше песню написать, что бы сработало в медиасфере, завирусилось. 

И в какой-то момент я просто напела армянскую народную песню «Вахама». Тогда я очень много ее слушала, и мне показалось, что на современный бит, который написал Айшот, она идеально ложится. Потом я переписала текст, сделав его более современным, но сохранив армянский язык. Это был мой первый опыт написания песни на армянском.

Наверное, все произошло потому, что в тот период я стала чаще ездить в Армению, глубже погрузилась в культуру, и мой мозг уже был настроен в эту сторону. Сначала появились армянские припев и куплет, а потом, когда я во второй раз ехала на студию, поняла, что классно будет добавить еще и русский куплет. Так все и сложилось. Этот подход сработал: песня залетела и стала №1 в армянском чарте Apple Music.

Не могу сказать, что мне это не нравится. Я понимаю, что сейчас это просто такой инструмент. А если инструмент работает, значит, им нужно пользоваться. Конечно, можно идти против системы и делать все по-своему, но тогда, скорее всего, признания придется добиваться гораздо дольше. 

Лично я просто устала. Уже пять лет веду свои социальные сети самостоятельно. У меня никогда не было SMM-специалиста, никто не делал эту работу за меня. Поэтому сейчас я сталкиваюсь с выгоранием. Мне просто лень постоянно снимать короткие видео, придумывать идеи. Гораздо больше хочется тратить время и внутренние силы на музыку, но вместо этого приходится все время думать о том, как продвинуть новый трек через такие ролики. Со временем это начинает надоедать.

Но я понимаю, что сегодня это необходимость. К счастью, это как раз та задача, которую можно делегировать другим людям.

Мне кажется, путь музыканта всегда был непростым. Для кого-то он складывается легче, для кого-то — гораздо сложнее. Все очень индивидуально. Не думаю, что именно сегодня быть артистом стало проще или, наоборот, труднее.

Да, сейчас часто говорят, что перед музыкантами открыты все двери: есть социальные сети, можно самостоятельно выпускать музыку, находить свою аудиторию. Но наличие этих инструментов совсем не означает, что добиться успеха стало легче. Возможностей действительно стало больше, как и способов привлекать внимание людей. Но само бремя артиста от этого легче не стало.

Сейчас для меня начинается новая глава. Недавно вышел сингл «Планета» — это новый виток в моем звучании. Мне кажется, в нем соединились музыкальные приемы, которые уже были в «Голой» и «Завяжи мне глаза», но при этом он открывает совсем другое настроение.

После эмоционально тяжелого альбома мне захотелось отпустить боль и просто повеселиться. Сейчас мне очень не хватает легкости, влюбленности, ощущения, что можно просто наслаждаться чувствами. Именно поэтому следующие песни будут совсем другими.

Дальше выйдет EP в таком же настроении — про красивую любовь, но с моими фирменными смелыми и дерзкими формулировками. А еще очень надеюсь успеть написать армянско-русский альбом. Мне хочется наполнить его смыслами и историями, которые живут в девочках и мальчиках, выросших вдали от своей родины. Думаю, это будет очень личная работа.